Волчьи песни. Против течения

Объявление

Партнёры

[SPN: the new adventures] Солнце встанет, когда ты будешь чист разумом. http://s4.uploads.ru/ixCMf.gif Впереди вечность Arsa: island of hope

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Волчьи песни. Против течения » Нейтральные земли » Предгорья. Степь


Предгорья. Степь

Сообщений 61 страница 66 из 66

1

https://wmpics.pics/di-X6SD.jpg
Степь в Предгорьях невероятно красива: всё пространство заросло зелёной, по брюхо, травой, в ней почти спрятались пышные  кустарники, а вдали виднеются горы... Но будьте осторожны: из-за того, что горы рядом, степь тоже неровная, а трава запросто может обмануть глаз, спрятав то глубокую нору суслика, то колючий короткий кустарник, а то и змею, пригревшуюся на солнышке...
Дичь: мелкие птицы, змеи, насекомые, суслики, мыши, кролики

Предыдущая локация: Степь (нейтральные земли)
Местные НПС: стая шакалов (Алаус, Шрам, Тодеус, Кусака, Рвака, Клык и две безымянные самки)
Временные НПС: Шадетта (4 мая с 3 часов ночи до полудня)

0

61

Жизнь, Природа и Судьба любят испытывать. Они будут делать это постоянно, давая тебе совсем маленькие передышки. А порою приходиться обходиться и вовсе без них. И пути их неисповедимы. Так говорил Громобой. И теперь - только теперь - Арес по-настоящему понял, что имел ввиду его наставник и приемный отец. Судьба, сидя на своих небесах и в самом деле без устали подкидывала переярку испытания и начала это делать буквально на второй день самостоятельной жизни. Чего только не произошло за одни лишь только сутки: и приобретение новой подруги (Арес действительно очень надеялся что подруги, ибо ему и правда нравилось ее общество), и встреча с медведицей-горе-охотницей, и столкновение с посланным Лансией собратом-рыцаренком (чему Арес ну ни капли не верил), и громкие сцены со знакомой псицей, и охота на кабаниху, а теперь еще и встреча с неприятелями. Причем, давними. И волк не успел хоть немного расслабиться. Что ж, он не жаловался. Никто и не говорил, что будет легко и просто. Его к этому готовили. Он это понимал. Понял, еще с тех самых пор, как жизнь решила оставить его с братом круглым сиротой совсем еще ребенком. Щенком. Жизнь и вправду ни к кому не знала пощады - даже к маленьким. Наоборот - к ним она была еще более сурова и неумолима. А потому выпадавшие на свою долю испытания Клык принимал с мрачной решимостью. В конце-концов, это было только начало.
Нет, Арес не собирался драться. Даже он со своим абсолютно сумасшедшим и взрывным нравом понимал, что это глупо и бессмысленно. "Я лишь обессилю вконец и мне придется сдаться и сбежать, поджав хвост, как несчастной шавке. Ни за что на свете. Я опущусь в своих же собственных глазах.- размышлял Клык, пристально глядя в сторону направляющихся к нему с псицей шакалов. Он не хотел уступать, и не хотел проигрывать. Он ненавидел проигрывать. Но нельзя было бездумно кидаться на воров. Шакалы, верткие и коварные, могли бы облапошить двух охотников и с легкостью отбить тяжко добытую дичь, ведь сил на схватку уже не было. Будь Клык десятимесячным сопляком - тогда он бы сломя голову бросился в битву. Но он был куда старше, и хоть как-то осозновал что следовало делать, а что нет. Как не было бы велико желание волка настоять на своем, сейчас он должен был уступить. Его это злило, но выбора не было. Вопрос псицы о его наставнике пришлось проигнорировать. Серый только молча решил ее послушаться, когда та посоветовала ему как можно скорее наесться. В самом деле, чего же он медлил?..
Волк не стал долго смотреть на пришельцев - и полминуты не прошло - как хищник живо стал обгладывать оторванную ногу кабанихи, но вместе с тем пристально глядя на шакалов. Они были близко. От ноги волк принялся за бок убитой дичи: живо раздирая желтыми, сильными клыками шкуру и плоть, мордой он врывался внутрь туши, отрывал сытное, вкусное мясо, проглатывал, но все так же держал ухо востро.
Шакалы, тем временем, не спешили нападать. Арес понимал, почему: видно, обучали щенков. Подавали хороший пример. На расстоянии они остановились от хищников приличном, дабы на них не было так просто напасть. Но неопытные щенки, любопытные до жути, начали обходить псицу и волка кругами. Один из них, кажется, юная самка, оскалилась, на что Арес отвечал ей утробным, угрожающим и раскатистым рыком. От туши он так и не отрывался. Желудок стремительно наполнялся едой.
Еще несколько минут, покуда у шакалов еще было терпение, волк набивал брюхо. Жадно глотая мясо большими кусками, он наедался, пока в итоге голод не отступил. Кабаниху очень заметно объели, хотя в ней оставалось еще много мяса. В конце-концов, волк вынул морду из вспоротой туши: по щеки она была в крови. Клык облизнулся и перевел взгляд на стаю. Они все еще терпели. Он останавливал взгляд на каждом. Особенно на щенках. В них, голодных и маленьких, костлявых, он видел отражение самого себя. Нет, не только от недостатка сил волк собирался отступить. Ему было жаль желторотиков, пусть они были шакалами, а шакалов Арес не любил. Все хотели есть. Это было ясно, даже невзирая на неприязнь к этим вероломным хитрюгам.
Клык перевел взгляд на самку, оскалившую на него зубы. Заглянул ей в глаза. И  неожиданно улыбнулся.
- А ты не из робкого десятка, малявка... Уж точно храбрее, чем кажешься.- произнес Арес как-то... Добро, что ли. А затем опять посмотрел на старших.
- Я уступлю. Но только из-за щенков. Не будь здесь их - эта туша не далась бы вам так просто. Скажите им спасибо.- резко изменившимся тоном сказал волк, после чего кивнул Черемше и направился прочь от кабанихи.

+1

62

А Черемша времени не теряла. Она была сыта и довольна тем, что смогла отъесть брюхо под завязку впервые за столь длительное время. И да, собака не собиралась кидаться на шакалов - что она, дура совсем? Просто сам факт присутствия врагов рядом с такой тяжело пойманной дичью выводил ее из себя! Заставлял лаять, рычать, скалиться, поднимать дыбом шерсть и истерично мотылять поднятой саблей хвоста. Ее чувство собственничества было уязвлено и просто разрывало хозяйку на части. Пока Арес сидел чуть поодаль и старался как можно быстрее поглотить наибольшее количество мяса, белая невольно пыталась смириться с одним простым выводом: она устала после охоты и хорошенько отужинала, поэтому, когда они с волком уйдут, через несколько минут от их кабанихи ничего не останется. Даже шкурки. Не будет иметь смысла возвращаться позже к брошенной туше. Ибо возвращаться попросту некуда. Эта куча еды теперь не их. Ее нужно уступить. Нет резона в том, чтобы отбиваться от противных шакалов. Тем не менее, хотя Черемша и осознавала все это, недовольство в ней лишь росло с каждой новой мыслью, с каждым новым доводом. Тогда в глазах псицы появлялся какой-то хищный, совсем дикий блеск, уши прижимались к голове, на морде четкими складками образовывался оскал. Приподнимая верхнюю губу, она показывала своим конкурентам белые острые зубы. Своими прыжками вперед сука демонстрировала готовность впиться теми самыми зубами в чью-то шкуру. И она не побоится, нет. По крайней мере до тех пор, пока не насытится Арес за ее спиной. И плевать белая хотела на терпение какой-то там кучки шакалов. Они ловили это копытное? Они тратили последние силы, рискуя всем? Нет. А значит, эти падальщики здесь никто. И звать их никак. Эту истину знала для себя Черемша, и другие мнимые истины были ей неведомы и не нужны.
"Да кто вы такие, чтобы просто приходить сюда?!" - внутренне взбесилась собака, из всех благих соображений стараясь удержать себя на месте и не пересечь невидимую черту между ней и шакалами, которая могла бы пророчить скорую стычку. Не хотелось суке вмешивать в это все еще и Ареса. В конце концов, он наверняка тоже понимал, что такая растрата энергии совершенно бессмысленна.
"Эти гады провоцируют меня?" - отчасти затуманенная злобой, подумала Черемша, бесновато наблюдая за вкрадчивыми движениями молодого шакаленка. Тот тихонько обошел взрослых и двинулся по кругу, стараясь обойти тушу и двух хищников, некогда заваливших ее. В миг распушившись, собака сделала скачок в сторону мальца, громко рявкнула тому в морду и щелкнула клыками практически прямо около чужого уха. Однако она лишь хотела показать подростку его место. Дичь все еще принадлежит им. Пока. Молодняку необходимо терпение, которого у них вечно нет. Черемша и по себе об этом помнила. А еще она хорошо знала голод. Очень хорошо.
Не успела метиска и подумать о своих следующих действиях, как какая-то мелкая шмакодявка шакальего рода выскочила вперед, грозно скалясь. Нет, признаться честно, собака даже опешила от такой наглости поначалу. Она замолчала, втянула голову в плечи и несколько раз поморгала, пытаясь понять, что только что произошло. Лишь спустя несколько мгновений из ее груди вырвался глухой предупреждающий рык. Нет уж, такого хамства псица терпеть более не намерена. Она получит по заднице, но проучит эту дуру.
- Смотри внимательнее, на кого зубками сверкаешь, шкурка меховая, - пророкотала Черемша низким, грубым голосом, глядя теперь на мелкую сверху вниз, высоко задрав хвост и распушившись. Краем глаз она продолжала держать в поле зрения взрослых, - детеныши учатся терпению благодаря чужим клыкам, - фыркнула в довершении всего сказанного бродяга и открыла пасть, громко басисто гавкнув. Однако сделать более ничего она не успела, даже если и планировала. Голос Ареса несколько отрезвил ее пылающую ненависть. Волк оказался рядом так неожиданно, что мог бы и сам стать покусанным. Во время усмирив свое негодование и охладив рассудок, белая распушилась, провела его взглядом и стала ждать. Почему-то сейчас она подумала, что этот серый комок нападет первым - таким он ей представился. Но нет. Как только он заговорил, все стало ясно.
"Тьфу ты! Черт пушистый" - обессиленно сплюнула сука, сконфуженно таращась на волка, медленно понимая, что стычки не будет. Черемша думала так - коль этот кинется, так и она тоже вдогонку. Тогда и драться можно спокойно, зная, что Арес хочет того же. А этот, видите ли, дуралей возомнил себя вожаком. Экая благородность! Оставил их законную добычу шайке падальщиков. Эх... в общем-то, собака была с ним согласна, хотя огонь в ее жилках не спешил утихать. Нерастраченный адреналин странно влиял на мировосприятие. Заметив, что Арес разворачивается и уходит, одиночка лишь хмыкнула, потопталась немного на месте и бросила испепеляющий взгляд в сторону семейки шакалов. Ей не было жалко никого из них.
- Коль не можете прокормить щенков, не размножайтесь, - с искренней злостью и неким превосходством, что ли, пожелала она, вскинула морду и рысью потрусила за удаляющимся серым силуэтом. Минуту она шла молча, осознавая ситуацию, а затем встрепенулась, игриво подскочила к волку и щелкнула зубами у его щеки.
- Какой ты, оказывается, благородный! Меня чуть не стошнило, - звонко хохотнула Черемша, хотя в ее голосе читалась хорошо скрываемая обида. Ну что поделать, в этом вся собака. Она - одиночка и не любит делиться по праву своим. А еще ревнивая до одури... но об этом позже. Сейчас она снова сравнялась с Аресом и теперь шагала рядом с ним, едва шевеля лапами. Спустя несколько минут беспрерывной ходьбы, зацепившись взглядом за торчащий из земли раскидистый куст, собака довольно повалилась прямо под него и растянулась на земле.
- Привал, - коротко объявила она, понимая, что и волк устал, так что возражать не станет. Тем более от шакалов за это время они успели уйти на приличное расстояние.

Отредактировано Чeрeмша (30.11.2018 23:02:20)

+1

63

Вдохновлена -> Где ненависть царит х)

Наблюдать за поедающим мясо волком оказалось трудновато: голодный желудок требовал своё, а разум твердил оставаться на месте, так что немудрено, что спустя минуту даже взрослые шакалы не выдержали и подобрались поближе. Слюна начала скапливаться в пастях совершенно непроизвольно, и Алаус сглатывал тяжко и трудно, не отрываясь от туши и не обращая внимания на беснующуюся псицу. А Шрам в это время тяжко сомкнул челюсти, лишь бы не истечь слюной постыдно на глазах молодняка. Впрочем, молодые шакалы тоже особо не отличались от старших шакалов: их голод даже был сильнее, а опыта в голову ещё не вбила жизнь настолько, чтобы соблюдать дистанцию. Так что не удивительно, что вскоре Клык за своё голодное любопытство чуть не поплатился ухом, и только юркость помогла шакалу избежать клыков. Что, впрочем, лишь распалило самца: отскочив, он прижался к земле, встопорщив загривок, и зарычал грозно и зло, оскалив пасть. Бежать подальше не давал голод, от желания наброситься его сдерживал страх, так что подросток оказался зажат между двумя эмоциями, как между молотом и наковальней, прижав брюхо к земле и злобно шипя. На членораздельную речь полная слюны пасть была не слишком-то способна, но глаза горели очень явственным "чтоб ты подавилась!".
Сестра его тем временем вздрогнула от гавка и злобных речей псицы, прижала уши и хвост, и чуть отступила... но совсем ненадолго. Позади раздалось предупреждающее рычание стремительно приблизившегося Алауса, мигом отвлёкшегося от добычи, когда возникла опасность для молодняка:
- Следи за словами, псинка, не тебе учить наших щенят! - это его "псинка" прозвучало презрительно и дерзко, но отступать в этом плане Алаус и не подумал. Если уж отстаивать семью - то до конца, в этом шакалы от волков не особо и отличались. И его слова подбодрили Кусаку, и шакалёнка, мигом осмелев, воинственно тявкнула презрительно: - Псинка!.. - но тут же замолчала от предупреждающего пинка дяди. Он готов был её защищать - но не тогда, когда она сама напрашивалась на трёпку.
- Могу сказать тебе тоже самое, - усмехнулся язвительно Алаус на претензициозную фразу белой, но больше на её слова решил не отвечать, тем более, что благодаря волку и его жалости к щенкам, которую уловил шакал в его глазах, путь к добыче был свободен. Минута-две терпения - и шакалы набросились на остатки, шумно порыкивая и со смаком отрывая куски оставшегося мяса. Кусака со Рвакой перетягивали какой-то особо крупный кус мяса, Клык утащил чуть подальше обгладывать кость, Алаус приступил к бедру, а Шрам... Шрам смотрел разноцветной парочке вслед и думал о том, что даже этот когда-то волчонок нашёл себе арию* под стать. А вот суждено ли найти такую себе ему, навечно привязанному к стае?..
Впрочем, особо долго таким мыслям шакал предаваться не стал. До момента, когда он пойдёт искать себе пару, следовало помочь второму брату прокормить его жену до родов, так что в здесь и сейчас следовало приступить к доеданию туши и прогнать наглых ворон, которые уж точно не должны были ничего получить до того момента, как наестся его семья! И Шрам прыгнул на особо наглого ворона, выбив из того комок перьев и его испуганным криком разогнав свои мрачные мысли...

*ария - жрица Арэйноса; так иногда называют особо яростных воительниц (аналог валькирии).
офф. и да, по времени ещё только за полдень, не позже - вы же начали в час ночи)) так что потемнело небо скорее от очередной дождевой тучи

+1

64

Если бы не резко навалившаяся на волка усталость, которая будто бы свинцом наливала ему лапы и тяжелым мешком давившая на спину, если бы не набитый до предела живот и сонливость, Арес бы сейчас рвал и метал. Настроение у него было (впрочем, как и почти каждый день), ни к черту. Хотя, сейчас, случай, все-таки, был особый. Первая самостоятельная серьезная охота, первая крупная и опасная добыча - и столько сил, потраченных впустую, и все насмарку! Да что там, Клык даже как следует насладиться пищей не успел, из-за проклятых шакалов ему приходилось по-варварски отрывать мясо огромными лоскутами и глотать, практически не жуя. Это, правда, была единственная вещь, которая вымораживала Серого и заставляла что-то едва слышно бурчать от злости, вставшей комом в горле. Поначалу это бурчание доносилось до ушей шедшей позади псицы интервалом в каждую минуту-полторы, потом со временем, оно начало все стихать, пока через минут двадцать ходьбы не утихло совсем. И хотя зверь уже молчал, в голове его все еще витали неприятные мыслишки и хоть и внутренне, но он все еще был на взводе, или по крайней мере расстроен и озадачен. Об этом говорило выражение его морды, еще более угрюмое, чем обычно, а утомленность заставляла идти Клыка сгорбившись. И со временем, голова его опускалась все ниже к земле и все менее активно работал он лапами. Хвост его веником волочился по траве.
Внезапно у щеки его кто-то лязгнул пастью - волк прекрасно понял, кто, а потому не испугался и даже не отпрянул.
- Какой ты, оказывается, благородный!- раздался уже привычный гнусавый голосок и ехидный смешок с левой от волка стороны.- Меня чуть не стошнило!- забавно, но Аресу отчетливо послышались обидные нотки в голосе Черемши, которые она пусть и пыталась скрыть, но на сей раз у нее не вышло. "О, как я тебя понимаю. Ну а мне-то тогда до кого, собачка?.."
- Ну, мне тоже обидно.- прогудел Клык в ответ, ухмыляясь, но не поворачивая к собаке головы.- Да только зря это... Думаешь, нам стоило дать отпор?..- скорее, воопрошающе проговорил самец, искоса взглянув на Черемшу.
Полминуты молчания. Спустя эту длительную паузу хищник продолжил, причем, каким-то изменившимся, очень приглушенным тоном:
- Мне... Просто жаль было щенков. Ты... наверное, не поймешь меня.- такое было ощущение, словно в чем-то серый здоровяк псице признавался. Будто намекал ей на что-то, причем, совершенно непроизвольно и легко, будто так и надо. Арес сам себе удивился, когда осознал это. В его голосе прозвучали печальные нотки, которые скрыть он почему-то не смог.

Местность не менялась. Насколько хватало глаз, а кругом была все та же степь, густой зеленый бурьян на километры кругом, булыжники, лужицы, да кусты, под одним из которых Черемша внезапно разеглась, растянулась и расслабилась.
- Привал.- таковым было короткое пояснение. Протестовать Клык не стал - он был абсолютно солидарен с собакой, тоже устал, можно сказать, выбился из сил, а потому был только за то, чтобы остановиться здесь наночь. Вернее, до ночи. В степи было заполдень, до темноты было еще далеко.
- Я не против.- буркнул Серый, собираясь последовать примеру собаки, но что-то его остановило. Что-то раздражало его в области холки, чесало и напрочь отказывало слететь с шкуры зверя, даже когда он со всей силы отряхивался. Только спустя секунд десять усилий волк вспомнил, что так у него на горбу и остались цветки чертополоха, которые сейчас его стали донимать.
Арес каким-то то ли воопросительным, то ли умоляющим взглядом посмотрел на Черемшу. Поскреб когтями по земле. Опустил глаза, неловко прижал уши и забил хвостом нервную дробь.
- Ээээ... Слушай... Кхм... Не поможешь?..- с какой-то неловкостью и неуверенностью поинтересовался волк, делая Черемше недвусмысленный намек на то, чтобы ему помогли избавиться от надоедливых колючек.

Отредактировано Арес (30.11.2018 21:59:44)

+1

65

Черемша уложила свои костлявые бока на траву, замерла и была такова. Раскрыв пасть, она вытянула уставшие лапы и попыталась привести в норму дыхание после некого рода пробежки. В воздухе неожиданно затрещал прохладный ветер, просвистел над головой, сколыхнул янтарь степей и прошелся под густым собачьим подшерстком. Белая невольно содрогнулась, перевернулась на живот, подтянула к себе пульсирующие усталостью конечности и подняла голову. Висячие уши дернулись и опали в странном жесте отчаянья. Ну, почему всегда так? Только метиска собралась понежиться под весенними лучиками солнца, как вдруг небеса снова заволокло серым покрывалом туч. В тот же момент на маленькое хрупкое тельце псицы упала почти черная тень, столь тяжелая на вид, что на мгновение Черемше показалось, будто вот-вот она ощутит на себе ее неестественный вес. Плохое предчувствие заклокотало где-то в груди, вцепилось когтистыми пальцами в сердце и подкатило к горлу. У собаки не было сил обращать на него внимание в этот раз. Вместо этого она с толикой непонятной надежды скользнула взором по приближающемуся Аресу. В этот момент почему-то стало намного спокойнее. Спокойнее просто от того, что белая теперь не одна. Рядом с ней кто-то есть. Кто-то, на кого можно положиться.
"И когда это я успела стать такой сентиментальной?" - самой себе мысленно удивилась сука, сверкнула огоньками глаз в пасмурном полумраке и выпустила из пасти легкий, невесомый смешок. Раньше в подобный момент она бы отругала себя за ничтожность и мягкость, но сейчас все хорошо. Просто это нормально.
"В какой момент такое начало восприниматься, как должное?" - поинтересовалась Черемша у своего спящего рассудка, задурманенного странным умиротворением, но ответ так и не получила. А нуждалась ли она в нем сейчас? В общем-то, не особо. Рано или поздно все ответы когда-то поставленных вопросов сами приходят. Это и называется жизненный опыт? Забавно, но на третьем году жизни этой особе еще были неведомы какие-либо чувства, кроме голода, инстинкта и долга. Она никогда не философствовала на тему будущего и старалась не оглядываться на прошлое. Но почему-то именно сейчас Черемше казалось, что все именно такое, каким должно быть.
Голос Ареса донесся до ушей словно издалека и вернул в реальность. Вскинув бровь, бродяга уставилась на его довольную морду. Пока они топали через степь, она не могла видеть этой морды, а посему объяснений не слушала, да и не хотела их. Отходчивая по натуре, собака довольно быстро позабыла о брошенной на съедение шакалам туше и теперь наслаждалась действительностью. Ну, как наслаждалась... Секунду была довольна, а потом мысленно прокляла всех Богов за то, что они послали на небеса тучи. Неужели скоро снова пойдет дождь?
"Ненавижу дождь" - подумала псица, все еще буравя непроницаемым взором стоящего теперь уже перед ней волка. Когда он оказался рядом, то закрыл собой мягко рассеявшийся в туманной дымке до печаль скудный остаток света. В этот момент выражение серой морды сменилось на умилительно-просящее, а взгляд собаки как-то сразу потеплел и перестал быть безжизненным. В нем отчетливо заискрились искорки веселья и доброй насмешки.
- Ээээ... Слушай... Кхм... Не поможешь?... - пробормотал Арес, явно смутившись своей просьбы, что заставило Черемшу натянуть довольно-победную лыбу и пару раз ударить хвостом по земле. Вскинув бровь, она приняла сидячее положение.
- Что, элементы декора мешают? - хитро полюбопытствовала метиска, вздохнула и встала, после чего приблизилась к волку и вытянула мордочку, чтобы достать зубами до колючек, застрявших в чужой шерсти, - не делай вид нашкодившего щенка, когда просишь меня о чем-то, о-кей? - пропела она, заканчивая доставать цветки чертополоха и выплевывая их подальше. По непонятной для себя причине, так сильно сократив расстояние между собой и хищником, Черемша вдруг ощутила прилившее к ушам тепло, однако она не смогла понять, что это такое. Чем-то напоминало стыд, но... это был не он. Нечто более щадящее.
"Я заболела что ли?" - похлопала ресницами сука, неловко кашлянула и, сделав пару шагов назад, снова упала под куст, потупив взгляд.
- Готово, - напоследок буркнула она.

+1

66

Присутствие псицы начало восприниматься, как должное. От чего-то Клыку было уютно, от того, что Черемша рядом. Он даже не понимал, почему, и даже заметил это не сразу... Но факт оставался фактом - Арес привыкал к своей новой знакомой, причем, привыкал очень быстро. Двух суток не прошло - он уже успел по-своему проникнуться к метиске и попробовав представить себе свои скитания без компании этой нахальной, гоноровистой псины, понял, что это было бы что-то откровенно... Не то. Было бы тихо, скучно и однообразно, без кручений, верчений, сумасшедших свистоплясок и встреч, без искристых и задорных разговоров, которые так тешили и забавили переярка, считай, с детства не видевшего хорошей компании, уж тем более себе под стать. А когда же волк задумался о том, что через, быть может, максимум пару недель пути им с Черемшой суждено будет разойтись своими дорогами - то Серый и вовсе приуныл, и от досады даже прижал уши. И лишь горестнее стало Клыку, когда он увидел поодаль от себя улыбчивую белую мордашку псицы и смотрящие на него карие глаза, подернутые золотистой пеленой.
- Что, элементы декора мешают?- поинтересовалась Черемша, сменив добродушно-веселую усмешку на свое привычное победно-хитроватое выражение. Затем она вздохнула, поднялась на лапы и направилась в сторону Ареса, после чего принялась вытаскивать застрявшие в серебристом меху колючки. Волк выждал это терпеливо, и к своему же собственному удивлению заметил, что... Не без удовольствия, почему-то. На секунду Арес даже почувствовал, как какое-то странное тепло разошлось по телу.- Не делай вид нашкодившего щенка, когда просишь меня о чем-то, о-кей?
- Что-о-о-о-о-о? Ничего я не делаю.- мигом возразил Серый, и ощутил, как его эдаким огоньком обожгло смущение. Шевельнув ушами, мотнув тяжелой головой и фыркнув, волк взглянул на знакомую с какой-то укоризной, а потом, вытянувшись на траве, положил голову на лапы.
- Готово.- оповестила его Черемша и улеглась на свое прежнее место.
- Спасибо...- слегка помолчав, ответил ей волк, и почему-то отвел глаза.
Несколько минут он ничего не говорил. Прислушивался к чириканью птиц шелесту травы и копошащихся в них грызунов или змей, стрекоту и жужжанию насекомых. Но уснуть,  почему-то, не вышло. Еще минута тишины. Клык, все-таки, не выдержал.
- Слушай...- подал голос Арес. Он хотел спросить кое о чем метиску, и понимал, что, она , возможно, и не захочет ему отвечать. Потому Клык думал, какие слова подобрать, попутно стараясь выглядеть не как нашкодивший щенок. С его растерянным взглядом, прижатыми ушами, короткими паузами и нервно дергающимся носом это выглядело забавно.- Может, ты и не будешь об этом говорить, но... С момента нашей встречи мне стало интересно, и я все хотел спросить... А откуда ты родом, и для чего ты идешь в деревню?..

+1


Вы здесь » Волчьи песни. Против течения » Нейтральные земли » Предгорья. Степь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC