Волчьи песни. Против течения

Объявление

Партнёры

FRPG Ирельм Солнце встанет, когда ты будешь чист разумом. Вион: Зов Сердца

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Большой лес

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://s6.uploads.ru/2dJG9.jpg

Это самый большой лес на территории стаи, и он полностью принадлежит волкам. Здесь они охотятся, отдыхают, ищут себе пары... Неподалёку виднеется Скала Ветров, где-то сбоку есть и Озеро Середины. В этом лесу полно маленьких ручейков и ручьёв, ведущих свои воды в озеро. Также полно всяких завалов и буреломов, удобных для засады. Единственный минус - если ты не родился здесь и не знаешь вдоль и поперёк все тропы, в этом лесу можно заблудится.

0

2

Медленно закатывалось солнце.
И быстро сменяли друг друга лапы.
Юнец торопливо миновал мелкие ручейки, которые, словно жилки, пронизывали весь лес. За ним неотступно следовали двое, оба – с сосредоточенно-хмурыми мордами и оба – молча. Не проронил ни слова за всю дорогу и сам молодой разведчик, но в каждом мускуле его чувствовалось напряжение, а в каждом случайном взгляде – удивительная серьезность, молодняку обычно не присущая. Он оказался настолько собран и встревожен, что каких-то дополнительных слов с его стороны просто не требовалось: уже обрисованной им ранее ситуации и его личного отношения к ней для понимания сути дела было вполне достаточно.
Только для решения проблемы этого было мало – и именно это занимало все мысли резвого вестника.

А тем временем навстречу гонцу и его ведомым с тем же решительным рвением двигался волчий дуэт. Самцы, явно постарше и покрепче телом, лихой рысцой пересекали лесную чащу, тревожно вслушиваясь в резкие всполохи звуков на периферии земель. Там, позади них, на отдалении, невнятным шумным перешептыванием звучала человеческая речь. Голоса, перебивавшиеся собачьим лаем, заметно коробили ум одного из шпионов – на полсантиметра ниже и заметно темнее второго. То и дело темный волк, с неловкостью поджимая полоску черных губ, резким движением оборачивался и с мгновение вглядывался вдаль, где вторили алому цвету неба яркие факельные огни. Шаг разведчика в такие моменты заметно сбивался с набранного темпа и ритма, он оступался, выравнивался и, гневно чертыхаясь, нагонял своего более светлого собрата.
Последний же отличался поразительным спокойствием.
Поношения коллеги его, судя по всему, интересовали мало. За все свое короткое путешествие тот ни разу не разомкнул пасти и словно вовсе оградил себя от всего того, что происходило вокруг него. Казалось, он совсем потерял связь с реальностью, но все это было не более чем мимолетным видением, которое, к слову, тут же растворилось, едва впереди замаячили силуэты спешащей троицы.
- Ведет, - глухо прорычал светлый и плавно сбавил шаг, выпрямив спину при первом же появлении пред ними предводительницы стаи.
- Сэнрос, - волк опускает банальные и излишние сейчас сцены приветствия и дани уважения. Он лишь украдкой осматривает молодого гонца, впрочем, даже не кивнув ему, и, не медля, продолжил собственную речь, - Люди близко. В двух-трех сотнях хвостов отсюда. Мы едва ли впереди их – но и это, судя по всему, ненадолго…
Шпионы помладше с многозначительным видом переглянулись. Однако взгляды эти не сулили пока ничего хорошего…

+1

3

2 мая, поздний вечер
==> Подножие Скалы Ветров

Напряжение, воцарившееся после доклада гонца, только усилилось, когда, не говоря ни слова, они втроём чуть ли не галопом устремились к границе. И только одно вертелось в голове у волчицы, в строгом молчании спешащей за молодым волком. Только одна молитва сегодня обращалась из её безмолвных уст к Небесам. Пусть они будут ещё далеко... Пусть люди не дойдут до малышей!..
Но, как покажут следующие события, сегодня Боги оказались глухи к её мольбам. Они не пробежали и сорока волчьих хвостов, когда навстречу из кустов выскочила пара волков. Увы, слишком знакомых, чтобы понадеяться на чудо. Вряд ли разведгрупа осмелилась бы покинуть границу и пост наблюдения за людьми без позволения своей повелительницы, если бы их "задание" само её не покинуло.
- Сэнрос, - произносит недолгое приветствие и роковые слова в эту ночь старший в группе. - Люди близко. В двух-трех сотнях хвостов отсюда. Мы едва ли впереди их – но и это, судя по всему, ненадолго…
Слишком близко, - проносится паническое в мозгу, и альфа мысленно заметалась, пытаясь придумать, что делать. Очень хочется оглянуться и спросить совета у кого-нибудь - да хоть у Диаваля, в конце-то концов! - но нельзя. Она  - вожак, она - предводительница. Именно она должна решить, что им делать. И ни в коем случае не поддаваться панике, не показать, что ситуация вышла из-под контроля. Ибо иначе воцарится хаос и ужас, и тогда люди точно уничтожат то, что она строила эти долгие и порой совершенно невыносимые три года. Нельзя этого допустить... Сорэ? - обращение ко второй душе, но она странно молчалива в этот вечер. Словно... и не здесь сейчас. Но над отгадкой этой проблемы сейчас голову ломать совершенно некогда.
- Так, - наконец, решившись и чуть успокоившись, Сэн цепляется за первую же попавшуюся здравую мысль в полупустой от паники за стаю голове, - быстро бегите к Норду. План меняется. Нужно срочно уводить волчат и волчиц в более безопасное место, чем моя пещера. Старший, - кивок светлого волка, подтверждает, что он услышал, - идёшь с нами. Попытаемся увести собак за собой к границе. Думаю, Воевода будет уже там, - и, как последнее напутствие исчезающим двум другим волкам в кустах: - Берегите себя.
А потом - более осторожный, но столь же быстрый бег вперёд, туда, где мельтешат факелы, слышны голоса собак и людей. Теперь она ведёт свой отряд, преисполняясь священной ярости за то, что эти чужаки посмели вступить в её лес, в её дом. И нет им прощения, и нет больше страха и паники. И Сорэ делится совсем малой частичкой своей силы, чтобы песня провылась почти бесшумно, тем самым устанавливая мысленный канал общения с подчинёнными.
- Обойдём по кругу, но близко не приближаемся. Надо, чтобы нас учуяли шавки, но люди не смогли прицелиться.

0

4

«Люди близко…»
Он пропустил эти слова через себя, словно песок сквозь сито. И, когда первая волна гнева и тревоги осыпалась между упруго натянутыми нитями нервов, Диаваль обнаружил на прочной сетке собственного сознания острые осколки битых стекол, слишком тяжелые и громоздкие, чтобы просто избавиться от их воздействия. Они колебались от каждого вдоха и шороха листвы за спиной, медленно прорезая сплетения нервов, пытаясь пробить крепкую стену поразительного спокойствия и хладнокровия – а он отчаянно подпитывал эту стену собственными убеждениями, зная, что если осколки все же пробьют ее, всему рациональному в этом мире настанет конец.
Ему, вероятно, настанет конец.
«Мы едва ли впереди их – но и это, судя по всему, ненадолго…»
«Тебе не о чем беспокоиться, Вальд, - мысленно говорил себе волк, но чувствовал в своем внутреннем монологе нетипичную для себя серьезность и холодность, а потому знал, что беспокоиться на самом деле было о чем. – В конце концов, впервые ли эти создания нарушают спокойствие леса? Нет, не впервые. Способна ли стая противостоять им в чрезвычайной ситуации? Способна».
Диваль едва заметно вскидывает морду и искоса оглядывает стоящую тут же сестру. Он видит ее задумчивый твердый взор, но по затянувшемуся молчанию понимает, что она в растерянности. Ему вспоминаются времена детства, гонения, обиды и дни, когда приходилось брать все грешки на себя. Ему хотелось сделать сейчас  то же самое, но волк понимал – отныне его желание стать стеной для родной сестры не играет больше никакой роли.
«Нет причин беспокоиться, - снова и снова вторил серебристый разведчик самому себе. – Мы сохраним эту стаю. Может быть, даже ты сохранишь эту стаю, Диаваль… Вопрос в том, какую цену ты за это заплатишь… Какую цену заплатит каждый из нас».
Спустя пару минут они трое уже осторожно пересекают лес. В густом сумраке вечера теплятся звездные огоньки факелов и растекаются голоса людей и собак. Вальд молча щурится, глядя вдаль, рассматривая отблески пламени и вслушивается в шепот природы, эхом вторящий неразборчивым словам на отдалении.
И к этому же гулу из чужого для него мира внезапно примешивается нечто еще, родно и теплое,  – расплывчатый, неуловимый в пространстве голос Сэн.
Диваль переводит взор на сестру. В равномерном покачивании от бега головы едва ли угадывается нарочный кивок – знак того, что он ее услышал.
Слов не было. Никто не смел тратить на это время, зная, что его и так катастрофически не хватало. Не хватало и тем для того, чтобы хотя бы создать иллюзию уверенности и спокойствия. Сейчас их просто не существовало в сердцах стайных. Их не могло существовать. Каждый из них словно забыл о существовании слов, жестов и мимики. Все, что мог узреть Пес в мордах своих спутников, - это лишь нерушимая решительность и непоколебимость. Это были чувства, которые отражались в их глазах и в каждом точном движении тела. Это были чувства, которые испытывал он сам.

+1



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC